Глава 47
Холода Сезона Голых Деревьев наконец начали отпускать лес. Дичи стало чуть больше, но этого было достаточно. Достаточно чтобы понять, что скоро наступит Сезон Юных Листьев. Скоро птицы начнут петь громче, лес оживёт, в воздухе перестанет висеть невыносимый мороз, заставляющий болеть лёгкие при каждом глотке кислорода. Эпидемии Зелёного кашля всё-таки не произошло, Лучелап с Маковкой вылечились самыми первыми, а за ними исцелился и Серогруд, а вот Туманноглазу приходится ещё отлёживаться, но ему легчает. Соловей не сразу решился идти к Лунному камню, хоть и Льдинолапку надо было проводить, как и остальных целителей. Ловец Звёзд уговаривал взять одного, а лучше двух воинов, но рыжий целитель отказался. К счастью, все вернулись благополучно, и зеленоглазый кот с радостью сообщил, что Льдинолапку теперь зовут Льдинокрылая, Тенелистый с Мохохваткой смогли связаться с прошлыми целителями. Всё было просто прекрасно, казалось бы, но одна проблема всё-таки была: Сойка становилась всё слабее. У неё стал периодически появляться жар, лапа заметно опухла, боли так и не утихли. Соловей стал реже покидать племя, не только из-за состояния черепаховой, но и из-за того, что пропала необходимость каждый день навещать кого-то из целителей. Тенелистый перестал путать травы, а Мохохватка уже давно освоила многие азы целительства, но по-прежнему отказывалась принимать статус целительницы племени. Временная целительница Грозового племени могла бы вернуться к воинским обязанностям, но с такой лапой Соловей отказывался её куда-либо отпускать. Та и даже если бы отпустил, она бы не смогла поймать даже ослепшую и оглохшую мышь. Отражение сильно за неё боялся, стал менее общительным, как сказал ей Птицегон. С королевами и котятами всё прекрасно: никто ни разу не заболел, все здоровы и счастливы играм в детской, только котята Тёмной возмущаются, что их не выпускают, но Птицегон старается отвлекать их от этого. Быстрая Тень во всём стал брать пример со своего прошлого наставника: так же часто ходил к своим котятам, носил им еду, даже брал у песчаного воина уроки по играм с ними. Если Птицегон его раньше в чём-то обвинял или даже ненавидел, то сейчас они не разлей вода. Все обиды они явно оставили далеко в прошлом и не редко вместе ходили к своим парам. Желтоглазая была только рада таким переменам, ведь сейчас племя явно намного счастливее, чем в середине Сезона Голых Деревьев.
«Ночь станет длиннее дня. Настанет время тьмы. Она быстра и смертельно хитра. Она умеет летать, царапать, рвать. Тени - неверное подозрение. Враг куда ближе, чем кажется. Будь осторожна Сойка, ведь враг уже набрал свои силы и готов атаковать, но он сначала подождёт, когда вы ослабнете.» - вспоминала черепаховая кошка и снова углублялась в свои раздумья по этому пророчеству. Сейчас у неё наконец-то появилось время спокойно подумать, но какой ценой появилось это время… Из-за лапы она даже не может ходить. Несколько дней подряд она просто лежала, все обязанности целителя Соловей взял на себя. Они с ним часто болтали вечером, но рыжая всегда чувствовала грусть в его голосе, даже когда он смеялся над её шутками. Она понимала почему он грустит, ведь даже Звёздное племя не смогло ответить на вопрос: как ей помочь? Что можно сделать, чтоб излечить или хотя бы облегчить боль? Если даже звёзды не знают, то никто не знает. Этим рыжий кот и убивался. Сойка вздохнула: сейчас в целительской вместе с ней был только Туманноглаз, но он спал, а она всё думала. «Чёрногривая сказала, что надо проще воспринимать, не усложнять. Значит надо сравнивать с чем-то простым. Ночь станет длиннее дня – это может быть буквально, что угодно. Хоть тучи, которые могут заслонить собой солнце, хоть ночи Сезона Голых Деревьев.» - рассуждала рыжая. «Тьма быстра и смертельно хитра. Что может подразумеваться под «тьмой»? Чьё-то имя? Или это имеется в виду ночная темнота? Тьмой тоже может быть что угодно. Отлично, мои рассуждения, как и в прошлые разы зашли в тупик.» - снова вздохнула желтоглазая. Ну а, если по-честному, то она всё чаще начинала допускать другие мысли, а своим раздумьем над пророчеством она пыталась их заглушить. Однако они всё равно мелькали в её голове на заднем плане. От них нельзя было избавится. Её мысли прервали тихие шаги, словно кто-то пробрался в палатку целителей. Лёгкий страх врезался в голову: кому бы потребовалось краться? Почему бы не спросить для начала, есть ли Соловей? Сойка осторожно проползла вперёд, словно бесшумная змея. Шаги приближались. Черепаховая встала на свои лапы и, вздохнув, вышла из-за угла, не обращая внимания на боль в передней лапе. Её удивлению не было придела, когда она увидела того, кто проник в целительскую, ведь перед ней застыло шестеро котят. Их глазки расширились, когда они увидели её, она была готова поспорить, что слышит их учащённое сердцебиение.
– Так-так-так… – медленно и тихо произнесла кошка, чтоб не разбудить больного. – Что это вы тут без присмотра делаете? – строго спросила рыжая.
– Мы… мы просто… - начал пытаться что-то сказать чёрный котик с песчаными пятнами по телу и одним большим пятном на глазу. Сами глаза были золотистыми.
– Какая вы страшная! – захныкала голубоглазая, белая с серыми полосками малютка. Воительница вспомнила за свои шрамы и обезображенную мордочку.
– Тише ты! – нахмурилась на неё другая трёхцветная кошечка с тёмно-серой шёрсткой, песчаными редкими пятнами и чёрными полосками. Тёмно-зелёные глаза недовольно вспыхнули. Черепаховая мгновенно узнала в них ледяной взгляд Тёмной. Голубоглазая притихла.
– Мы только хотели посмотреть лагерь… - виновато прижав уши сообщил серебристый котик с жёлтыми глазами.
– Простите нас, нам просто очень интересно было! – шмыгнул носом бурый котик с оранжевыми глазами.
– Мы можем уйти, если помещали вам! – проговорил котик с янтарными глазами, светлой, прямо-таки золотистой шерстью, с чуть более тёмными закругленными полосками.
– Во-первых, не разбудите Туманноглаза своими оправданиями, а во-вторых, поговорим на выходе. – сказала рыжая и, хромая на одну лапу, направилась к выходу. Котята, опустив хвосты и головы, поплелись за ней. Выйдя из целительской, кошка села недалеко от входа, корчась от боли в опухшей лапе.
– Меня зовут Сойка, а вас? – спросила черепаховая, дабы хоть немного отвлечься от лапы.
– Меня зовут Рассветик! – гордо объявил золотистый котик.
– А меня Песочек! – сказал чёрный котик с песчаными пятнами.
– Я Дубок. – ответил бурый.
– А я Серебристенький. – улыбнулся серебряный котик.
– А меня зовут Сиренька. – тихо и весьма скромно ответила белая кошечка.
– Я Пестринка. – смело ответила последняя кошечка.
– Ясно. Серебристогривка и Тёмная с вашими отцами подобрали вам красивые имена. – улыбнулась воительница, вспоминая их ещё с неоткрытыми глазками. «Как же быстро идёт время.» - мелькнула мысль в голове желтоглазой.
– Да! А ещё они самые добрые и заботливые во всём племени! – подтвердил Рассветик.
– Вот только гулять нам не разрешают за пределами детской, а она с каждым днём всё меньше и меньше! – пискнул Серебристенький. «Мне даже не надо их спрашивать. Я знаю, кто из них чей брат или сестра.» - эта мысль почему-то согрела и в то же время страшно ранила черепаховую.
– Были сильные морозы, вы могли замёрзнуть и заболеть! – серьёзно сказала Сойка. – Знаете какие опасные бывают болезни? Особенно для неокрепших котят! – говорила рыжая.
– Но сидеть внутри было так скучно! – мяукнула Пестринка. Её пёстрая, трёхцветная шёрстка легонько взъерошилась. «Ну прям копия Тёмной! Только окрас другой.» - умилялась желтоглазая.
– И поэтому вы решили сегодня сбежать из детской? А если Тёмная и Серебристогривка заметят ваше отсутствие? Они же всё племя на уши поставят! – кошка невольно мурлыкнула, представив их счастливые мордочки, когда они увидят, что с котятами всё в полном порядке.
– Вы разве не злитесь на нас? – осторожно спросила Сиренька. Видимо мурлыканье Сойки было достаточно громким, чтоб котята его услышали. Они с любопытством впились в неё глазами.
– Я – нет, а вот за ваших мам не ручаюсь. – улыбнулась рыжая. Разве можно было на таких крошечных комочков шерсти злится? Они слишком милые!
– Вот здорово! А мы боялись, что вы на нас разозлились и отправите в детскую. – заулыбался Дубок.
– А вы поиграете с нами? Нам скучно, а весь лагерь мы уже осмотрели. – не без гордости сказал Рассветик.
– Ну хорошо… - задумчиво произнесла Сойка и не успела договорить «только я не могу бегать», как вдруг её прервали радостные возгласы всех шестерых котят.
– Тогда ты барсук! – первой мяукнула Сиренька и все согласно закивали, а затем встали в, как они думали, боевые стойки. Черепаховая распушила свою шёрстку, встала в полный рост и с улыбкой негромко зашипела.
– О, сегодня я голодной не останусь! – оскалилась воительница, изображая голодного барсука. Котята без страха кинулись на неё: Пестринка сразу забралась на шею и начала кусать за уши, а Сиренька вцепилась своими маленькими зубками в заднюю лапу. Один из котиков схватил её за хвост, второй оказался у неё на спине, а третий вцепился в здоровую переднюю лапу. Сойка начала покачиваться из стороны в сторону от такого напора, но не сдавалась. Она легонько скинула с себя тройку котят и осторожно поймала за загривок Сиреньку. Её братья с шипением прыгнули прямо на морду черепаховой, из-за чего она отпустила их сестрёнку и смахнула их.
– Бойтесь меня! Я голодна! – всё с той же улыбкой рычала черепаховая. Котята с новой силой напрыгнули на неё. В глазах каждого горел азарт, словно это была их первая увлекательная игра. На этот раз Сойка позволила им себя повалить, и они сразу же забрались на её живот. Воительница осторожно убирала свою больную лапу. Сейчас ей было всё равно на пульсацию, их азарт заразил её, но она не стремилась выиграть. Кошка как можно осторожнее перекатилась на живот, чтоб не раздавить их случайно и снова встала на лапы.
– Какие же вы сильные! Но я до вас ещё доберусь! – не выходя из образа примерно по барсучьи шипела черепаховая. Она сделала внезапный, но совсем небольшой прыжок в их сторону, застав их врасплох и прибавляя интерес к их маленькой битве. Пестринка и Рассветик с боевым кличем вскарабкались на неё и начали пытаться царапать её своими маленькими коготками, которые естественно не могли оцарапать кожу. Братья Пестринки, Дубок и Песочек, тоже запрыгнули на воительницу, и рыжая снова повалилась в снег. Котята весело засмеялись и снова забрались на её живот.
– Мелкие негодники! Я сдаюсь! – со смехом сказала Сойка. – Всё! Хватит! Щекотно же! – но котята и не собирались останавливаться, заставляя её извиваться.
– Вот они! – раздался знакомый, но явно не добрый голос. Все разом перестали смеяться и уставились в сторону звука. К ним приближались Тёмная и Серебристогривка. Котята быстро слезли с Сойки и кошка села. Только сейчас она снова ощутила сильную усталость и почувствовала, как же лапа горит. Разъярённые королевы подошли к своим котятам.
– О чём вы только думали?! – первой зашипела Тёмная.
– Вы знаете, как мы напугались, когда проснулись, а вас рядом не оказалось?! – вылизывая Сиреньку от снега, недовольно бормотала Серебристогривка.
– Мама! Мы злого и голодного барсука победили! – с надеждой пискнул Серебристенький, но его манёвр не сработал и избежать лёгкого, но стука по уху не удалось, как и Рассветику.
Тёмная всё ещё хлестала себя хвостом, а её прожигающий взгляд был устремлён на Песочка и Дубка, но в отличие от опустивших головы братьев, Пестринка твёрдо смотрела прямо в глаза матери. Сойка снова невольно удивилась их схожести.
– Тёмная, Серебристогривка, вы не сильно их ругайте, я была рядом. Извините, что не отвела их сразу в детскую. – попросила желтоглазая. Серебристогривка с пониманием посмотрела на давнюю подругу, но Тёмная лишь недовольно глянула на неё.
– Могла бы и предупредить, что вы идёте играть! Та и как ты можешь с ними играть?! А если тебе станет хуже?! Не просто же так ты днями в целительской сидишь, хотя могла уже вернуться к воинским обязанностям! – взъерошилась чёрная кошка. Котята с любопытством посмотрели на только что весело смеявшуюся с ними кошку.
–Что тут происходит? – не дав ничего сказать в своё оправдание, спросил Ловец Звёзд, подошедший сзади королев. Рядом с ним стоял недовольный Соловей и такая же недовольная глашатая.
– О, а вот ты вовремя! Они сбежали из детской, не предупредив нас! Я считаю, что им стоит отложить посвящение на ещё луну. – важно, но не серьёзно заявила чёрная королева.
– Нет! – хором запищали котята.
– Не надо! – пискнул Дубок.
– Мы будем послушными! – клялся Песочек. Только Пестринка хранила глубокое, гордое молчание, но в её глазах всё равно читался тот же страх, что и у братьев.
– Хм… - предводитель сделал вид, что задумался, и котята с мольбой смотрели на него. – Если вы обещаете вести себя хорошо до шести лун, то я не буду ничего откладывать. – важно сообщил Ловец Звёзд.
– Обещаем! – закивали котята. Предводитель с Дымноскальной и Соловьём подождали, когда королевы оставят их одних, а после устремили свои взгляды на черепаховую.
– Сойка, тебе лучше? Ты же не хочешь сказать, что вышла из целительской по желанию котята не смотря на твои проблемы? – первым нарушил тишину рыжий целитель.
– Мне было лучше, когда я играла с ними… В этот момент я даже забыла за свою лапу. А вы видели, как же Пестринка похожа на Тёмную? Чудо, а не котята! – улыбнувшись вздохнула рыжая, даже не заметив, как ушла в себя, вспоминая своих котят. Взгляд Ловца Звёзд смягчился, хотя он и изначально не был строгим.
– Да, но у тебя есть свои проблемы! Это, конечно, хорошо, что ты смогла забыться, но не боишься, что чуть позже лапа совсем разболится?! – злилась серая кошка.
– Вряд ли она заболит ещё сильнее. Та и, что вы предлагаете, совсем с места не вставать? А так, хоть котят повеселила. – ответила черепаховая, чувствуя, что её снова одолевает жар. В глубине души она понимала, что обречена: раз состояние лапы стало так ухудшатся, то вряд ли её вылечит целитель. Голова закружилась, но кошка не двинулась, не покачнулась. Она уже привыкла к такому. Привыкла к боли, хоть и не полностью. К такому невозможно привыкнуть полностью.
– У нас есть кое какие новости, и мы решили, что их стоит обсудить с тобой. Раз Звёздное племя связывается с тобой, значит у тебя есть связь с ними, даже если ты и была воительницей. – сообщил Соловей и помог ей зайти вглубь целительской, чтоб их не подслушали. Убедившись, что Туманноглаз всё ещё крепко спит, рыжий кот выразительно на неё посмотрел.
– Недавно со мной связался Мор. Звёздное племя дало мне один ответ… - начал целитель, но черепаховая его прервала.
– Не надо. Я знала, что это так, но я не в состоянии это услышать. – чуть пошатнувшись, сказала Сойка. Она сидела на своей подстилке и смотрела на опухшую лапу: она догадывалась, что это действительно уже не вылечить, но не хотела в это верить. Всё ещё была надежда на то, что эта боль уйдёт, что она снова сможет бегать как раньше и сможет снова попробовать обзавестись котятами.
– Ясно, но он мне сказал ещё кое-что: Ночь станет длиннее дня. Настанет время тьмы. Она быстра и смертельно хитра. Она умеет летать, царапать, рвать. Тени - неверное подозрение. Враг куда ближе, чем кажется. Будь осторожна Сойка, ведь враг уже набрал свои силы и готов атаковать, но он сначала подождёт, когда вы ослабнете. – пересказал целитель. У рыжей шерсть встала дыбом. – Это пророчество явно адресовано тебе. – продолжал зеленоглазый. – Он сказал, что некоторая часть его уже исполнилась. После этого произошло вот что: мы с Мором общались на поляне Четырёх Деревьев, но после, когда он исчез я оказался в нашем лесу. Он был залит кровью. Она была везде: под каждым деревом, под каждым кустом, на каждой травинке. Я хотел убежать, но мои лапы словно приросли к земле, а потом вся кровь внезапно исчезла, но передо мной стояла ты. Я думаю, ты как-то можешь это всё предотвратить. Помнишь ты рассказывала, что видела сон Дымноскальной? Уверен, ты можешь это остановить! – договорил Соловей.
– Тебе не было никаких видений? Знаков? – мягко спросил предводитель.
– Нет! – не дав что-то добавить серой кошке, ответила Сойка. – Я знаю только о пророчестве, но не больше! Мне не было никаких видений или знаков с момента разговора с Дымноскальной. Может, я что-то упускала из виду… - задумалась воительница, но мысли снова перебивала острая боль в лапе. Всё-таки игра с котятами даёт о себе знать.
– Подожди, ты знала о пророчестве? – не без обиды с упрёком спросил Соловей.
– Да. Впервые я получила его сразу после смерти… - воительницы потребовались все её силы, чтобы выговорить это слово. – котят. Мне его дала Чёрногривая. – пояснила рыжая кошка. – Я хотела рассказать тебе и Мору. – Посмотрев на Соловья, сказала черепаховая. – Но не решилась, а потом я даже спросила можно ли мне с тобой поделится им. Звёздное племя не дало согласие, они сказали, что ты всё равно не сможешь мне помочь понять, что оно означает. Почему они сейчас решили с тобой поделится я тоже не знаю. – предвидев вопрос целителя, ответила Сойка. Повисло молчание: каждый обдумывал только что услышанное. В глазах рыжего кота всё ещё мерцала обида, видимо он мог расценить это как недоверие к нему, но затем его взгляд резко переменился и теперь в нём читалась лишь вина. Скорее всего он винил себя в том, что не мог оставаться в племени на долго и постоянно ходил к соседям. Однако, сейчас он может передохнуть несколько дней, ведь его ученики уже знали большую часть, тем более Ледокрылая обещала ему сегодня сходить к Тенелистому и узнать, как у него дела.
– Ясно. – прервала затянувшиеся молчание глашатая. – Сойка, если тебе потребуется в чём-то наша помощь, то мы тебе поможем. Можешь на нас рассчитывать и не боятся доверять свои самые сокровенные тайны. – пообещала Дымноскальная. Пёстрый кот кивнул, как и Соловей.
– Думаю на этом наш разговор можно прервать. Если у вас будет ещё что-то, то обязательно сообщите мне. – мяукнул предводитель и вместе с серой кошкой покинул целительскую. Черепаховая наконец легла в своё уютное гнёздышко и невольно застонала то ли от облегчения то ли от очередной порции боли. Рыжий с сочувствием посмотрел на неё. Кажется, если бы её можно было бы отгрызть, то желтоглазая сразу согласилась бы, лишь бы избавится от этого! Но прогрызть лапу, тем более отгрызть её ближе к плечу почти невозможно: одно дело откусить хвост, у которого не толстые кости и совсем другое лапа. Иногда, даже хвост не так-то просто с первого раза перекусить, а откусить лапу точно невозможно. Делать было нечего, приходилось терпеть. Хорошо, что скоро наступит Сезон Юных Листьев и дичи для всего племени станет намного больше и котята смогут играть за пределами детской и морозы отступят. Под такие тёплые, счастливые мысли воительница даже не заметила, как провалилась в сон.
– Сойка! – сквозь сон услышала она чей-то голос, но глаз не открыла. Даже сквозь сон она могла узнать этот голос. Его она ни с чем не сможет спутать.
– Сойка, проснись! – голос явно был напуган и, собравшись с силами, желтоглазая открыла глаза. Перед ней стоял песочный оруженосец с янтарными глазами, полупрозрачный. Котик явно был очень встревожен, однако в его шерсти больше не было звёзд, а сам силуэт был словно красновато-чёрным.
– Мошколап, что с тобой?! – с ужасом, но шёпотом спросила Сойка, чтоб не разбудить целителя и Туманноглаза.
– Пошли за мной! – тревожно сказал ученик и выскочил из целительской. Рыжая кошка быстро встала и в два прыжка оказалась у входа, не сразу понимая, что не так, но перед самым выходом застыла. Больная лапа совершенно не болела: кошка могла на неё опереться всем телом и не почувствовать пульсирующей боли. Даже опухлость куда-то пропала. Желтоглазая посмотрела на себя внимательней, а затем оглянулась. Её тело мирно посапывало на своём месте, а сама она была такой же полупрозрачной, только без какого-либо сияния. Значит она спит, но точно ли это сон? Кошка вышла из целительской. Мошколап с нетерпением ждал её у выхода из лагеря, а как только увидел, что она вышла, побежал в папоротниковый тоннель. Черепаховая бросилась за ним, наслаждаясь бегом. Она незаметно для себя заулыбалась, продолжая бег. Силуэт старого друга был впереди, и она его догоняла. Оруженосец огибал деревья, перепрыгивал кусты, словно мог в них врезаться, а кошка повторяла за ним. Она чувствовала, как ветер развивает её шерсть и это ощущение было бесценным. Рыжая просто не могла не получать наслаждения от каждого прыжка, от каждого безболезненного напряжения мышц, от каждого порыва ветра. Ночной лес, казалось, веселился вместе с ней: снежинки кружились в воздухе, повинуясь ветерку, звёзды сияли на небе, как и почти полная луна. Снег мерцал в её свете самыми разными искорками. Радостная воительница даже не заметила, как Мошколап вывел её из родного леса, и они уже были в высоких соснах. Оруженосец сбавил темп и Сойка чувствовала его волнение. Его глаза выдавали лишь страх. Он привёл её к окраине соснового леса, впереди кошка видела настоящий свал сосен, видимо работа Двуногих. Она не сразу поняла куда они идут, но внезапно перед ними появилось двое котов. Мошколап взглядом приказал ей слушать.
– От него были новости?! Он хоть что-то собирается нам рассказать?! – говорил первый, явно недовольный, чёрный кот. Из-за того, что он ходил туда-сюда возле второго, глаз не было видно.
– Да, он сегодня приходил. Говорит в племени шестеро котят, а ещё говорит, что их временная целительница совсем перестала покидать целительскую. Говорит, что скорее всего с ней что-то не так. А ещё их целитель уже второй день никуда не уходит. Возможно, у других племён теперь есть новые целители, но зачем мы тогда убили первых? – докладывал второй, бело-чёрный кот. Глаза кошка так же не видела, так как тот сидел спиной.
– Ты сомневаешься в моих действиях?! Если я сказал, что это надо сделать, значит это надо делать! – взревел первый.
– Я в тебе не сомневаюсь, но раз у них есть… - начал второй, однако был перебит:
– У них теперь есть только недоучки! У них нет настоящих целителей и не будет долгое время, ведь чтоб этому научится требуется больше, чем шесть лун, а мы убили их всего две или три луны назад. Завтра ты вместе с Каской и Ритой отправляетесь охотится на территорию Племени Теней. Уверен, что они уже забыли за то, что произошло чуть меньше луны назад. – голос чёрного кота явно был доволен. – Пока у нас завалом еды, они голодают. Если верить нашему другу, то Грозовое племя всё это время тоже голодало и даже несло от этого потери. Разберёмся сначала с ними и отберём у них твою Мурку. – именем кошки он явно брезговал, но старался не показывать это чёрно-белому коту.
– Ох, как же она там совсем одна, окружённая этими негодяями! Та если хоть шерстинка упадёт с её прекрасной шерсти я раздеру их всех в клочья! – прорычал второй, подняв шерсть дыбом.
– Правильно, Генри. Вот такой настрой мне нужен от всех нас. Грозовое племя причинило нам достаточно боли, так что пора бы и нам нанести им ответный удар. – чёрный кот посмотрел на своего собеседника и Сойка не смогла отвести взгляд от его глаз. От удивления она громко вдохнула и открыла рот. Её глаза превратились в две щёлки. Она его узнала. Она не могла его не узнать.
